100-ЛЕТИЕ ВЕЛИКОЙ РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ: ПРИЧИНЫ И УРОКИ (ТЕМА, КОТОРУЮ ОБОЙТИ НЕЛЬЗЯ)

Великая русская революция 1917 года явила собой коренной  перелом в отечественной истории, затронувший все сферы общественной жизни. Последствия практики социалистических преобразований, накапливавшиеся в течение 70-ти лет, оказались не по силам даже такой огромной стране как Россия, а историческое событие 100-летней давности утратило однозначность оценки среди наших соотечественников.

Но поскольку оценочные суждения и суждения научные совершенно не совместимы, именно в канун юбилея необходимо еще раз обратиться к истокам событий столетней давности, проанализировать их причины и степень усвоения извлеченных из них уроков.

Причины революции, или Кто виноват?

Мир, к сожалению, не прост. Поэтому на поверхности он полон парадоксов. Вот один из них: как в России, «стране долготерпенья», в течение одного столетия могли произойти одна за другой четыре социальных революции? Известная его версия содержится в высказывании немецкого канцлера Отто фон Бисмарка: «русские долго запрягают, но быстро едут». Поэтому начало социальных процессов, приведших к революционным потрясениям в России XX столетия, следует искать, как минимум, еще в эпохе реформ Петра I. Именно тогда возникла и стала образовываться  пропасть между дворянским сословием, детищем царя-реформатора, заменившим собой  бояр, и крестьянством, основной массой населения. Поляризация интересов помещиков и крестьян – основная ось, вокруг которой, как в центрифуге, на протяжении двух столетий раскручивались  противоречия российской действительности.
Дело в том, что отношения между основными общественными группами любой страны строятся в соответствии с определенными нормами   справедливости,  которые следует соблюдать. В ней (социальной справедливости) большинство людей видят основу благополучной жизни. Она содержит требование соответствия деяния и воздаяния (то есть прав и обязанностей, труда и вознаграждения, заслуг и признания, преступления и наказания). Но, как оказывается,  это явление внешне также парадоксально. Ибо одновременно включает в себя две противоположные социальные ценности: свободу и равенство. Со временем свобода была развернута как флаг в идеологию либерализма, а равенство – социализма. Оказалось, что одна – для богатых, а другая – для бедных. И потому между ними необходим политический компромисс.
Так, в нашем случае, если главным принципом справедливости, введенным царем Петром, являлся принцип служения, то служить должны были все: царь служил державе, дворяне служили царю, а крестьяне –  дворянам. Этот принцип был нарушен в 1762 году манифестом Петра III  «О даровании вольности и свободы всему российскому дворянству». Затем он был подтвержден Екатериной II в ее «Грамоте на права, вольности и преимущества благородного российского дворянства» в 1785 году. Однако,  для восстановления принципа справедливости царской милостью не  должна была быть обойдена и основная часть населения – крестьяне.   И потому отечественными земледельцами на добрую волю императрицы возлагались немалые надежды. И это понятно, ведь  дворяне освобождались от обязательной службы, которая была основным аргументом сохранения крепостничества.
Поэтому указ о вольности дворянства нельзя оценить иначе как акт, закреплявший сословно-корпоративный эгоизм помещиков. И он стал одной из причин превращения Пугачевского бунта (1773 — 1775), начавшегося среди казаков в степях Заволжья,  на Урале и в Башкирии, в настоящую крестьянскую войну. К тому же, в 1785 году императрица Екатерина II подписала еще один законодательный акт, который именовался “Грамота на права и выгоды городам Российской империи”. Возникающие повсеместно города увеличивали количество городского населения (сословие мещан), которое нуждалось в правовом статусе. В итоге крестьяне, обойденные монаршей милостью, вынуждены были носить обиду в душе и испытывать нужду в течение сотни лет, до реформы «Царя-освободителя». Поэтому Декабристское восстание 1825 года также имело своей непосредственной целью уничтожение крепостничества, а по постановке других вопросов явилось предшественником 1917 года.
Однако так долго ожидаемая освободительная реформа 1861 года царя Александра II на деле обобрала крестьян. Осуществлявшаяся посредством жесткого администрирования, она привела к сокращению количества земли, находившейся в крестьянских руках. Христианская десятина была забыта. Надельная земля уменьшилась более чем на 20% в сравнении с тем, чем ранее располагали русские земледельцы. Крестьяне потеряли почти четвертую часть земли, бывшую прежде в их хозяйственном обороте.
Существенным результатом реформы стали еще большее отчуждение и недоверие народа не только к власти вообще, но и персонально к власти Государя. Поэтому за «черный передел» с целью устранения несправедливости взялись разночинцы. В 1879 году радикальное крыло народовольцев стало «большевистским» (меньшую часть «Земли и воли»  возглавил Георгий Плеханов).  В результате российское общество столкнулось с политическим террором в отношении высших государственных чинов. Спустя два года «Царь-освободитель» Александр II был убит.
Тем самым, против угнетения выступали и сами крестьяне, и дворяне, и мещане. Но ситуация вновь не изменилась. «Куда бедному крестьянину податься?». В революцию! На тот период именно крестьяне, а не рабочие представляли наибольшую опасность для российской монархии. И это позволяет говорить о событиях 1905-1907 годов как о русской аграрно-демократической революции. Русской потому, что основным её пафосом было отрицание буржуазной частной собственности на землю, проистекающее из миропонимания русских крестьян, зафиксированного в поговорке – «от трудов праведных не наживёшь палат каменных». К тому же,  в этих уже непростых социальных условиях царское правительство приступило к Столыпинской аграрной реформе, которая еще более революционизировала русскую деревню. Наряду со старыми угнетателями появились новые – «кулаки».

Февральский переворот

В условиях социальной напряженности Николай II решился на войну против Японии,  после поражения в которой  в России с невиданной силой вспыхнула революция  1905-1907 годов. Люди уже тогда хотели коренных перемен в жизни государства, которых так и не произошло. В результате царю пришлось  в соответствии с Манифестом 17 октября 1905 года передать часть своих законодательных полномочий новому органу – Государственной Думе. В итоге Россия из абсолютной (пройдя словно через «три воды»: «Кровавое воскресенье»», восстание на броненосце «Потемкин» и баррикады «Красной Пресни») превратилась в конституционную монархию.
История повторилась через 10 лет, когда  Николай II вновь решился на войну с рядом европейских стран без внешней агрессии с их стороны. Военные действия затянулись на четыре года и получили название Первой мировой войны. Поражения на фронтах больно ударили по экономике страны. Продолжилось обнищание населения. Зимой 1917 года в Петрограде (переименованном из-за антигерманских настроений) начались массовые манифестации рабочих и горожан, недовольных высокими ценами на хлеб. Воинские части, находившиеся в Петрограде, перешли на сторону восставших. 2 марта 1917 года к царю отправились делегаты из близкого окружения, уговорившие его подписать отречение от престола. Так события Февраля столетней давности  сделали Россию, одним росчерком пера ее царя, буржуазной республикой.

Октябрьский переворот

Причинами Октябрьской революции стали недостигнутые цели  революции Февральской:  земельный вопрос не решался, к тому же, у крестьян появился новый враг – кулак; обострился экономический вопрос: промышленность и сельское хозяйство страны к исходу войны оказались на грани полного развала.  При этом отечественная  буржуазия богатела на военных поставках и не собиралась ничего менять. Политический вопрос о власти оставался нерешенным – в России образовалось двоевластие (одновременно с Временным буржуазным правительством  в ходе революции был создан Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов), оно раскололо российское общество. При этом солдаты не желали воевать, рабочие не хотели работать, крестьяне грабили помещичьи усадьбы. Возникла обычная в таких условиях анархия – «мать порядка». На смену «оранжевой» (буржуазной) шла настоящая Красная революция. В сложившейся ситуации большевики тогда сумели предложить обществу цельную альтернативную идею «как надо жить по-другому». В новом обществе «человек человеку – брат», а мир –  без войн, насилия и эксплуатации. Вперед, к земному счастью!
С победой партии большевиков вскоре появились первые указы новой власти – Декрет о мире и Декрет о земле. Крестьяне, наконец, дождались уничтожения дворянства и лишения их земельной собственности, а солдаты – окончания империалистической войны.
Далее началась Гражданская война. Большевикам пришлось еще 4 года сражаться против своих противников (белых) по всей стране, чтобы установить контроль над территорией бывшей Российской Империи. В 1922 году был образован СССР.

Уроки революции, или Что делать?

При рассмотрении данного вопроса, уместны слова, принадлежащие русскому историку Василию Ключевскому: «История не учительница, а надзирательница, magistra vitae (наставница жизни – авт.): она ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков». Вопрос, насколько усвоены уроки «Второй русской смуты» (так названа Революция 1917 года Антоном  Деникиным, лидером Белого движения)? Ведь «Первая русская смута» (1598-1613 годы) завершилась пресечением династии Рюриковичей, а «Вторая» (1917-1922 годы) – не только пресечением династии Романовых, но и изменением политического строя и экономического уклада страны.
Возможность  извлечения уроков  из событий  отечественной  истории проистекает   из  спиралевидного  развития  человеческого  общества. Поэтому немецкий философ Георг Гегель замечает, что  все великие всемирно-исторические  события  и  личности  повторяются   дважды: первый  раз   как   трагедия,  а   второй  –  как  фарс.
Почему  такое уничижительное  отношение к  повторам?  Очевидно, из-за  того,  что уроки  из  истории  не  извлекаются  и  на  ошибках  никто учиться не хочет. К тому же, последствия невыученного урока, как правило, наступают не скоро. А сами указанные повторы выступают в форме аналогий (сходств, подобий, соответствий).
Урок Февраля 1917, повторившийся в Августе 1991. Следует отметить, что аналогия  между 1917 и 1991 годом действительно бросается в глаза. Ситуацию в последнем случае вызвали те же причины, которые привели к крушению Российскую Империю. К августу 1991 года история сделала очередной виток по своей спирали, и СССР столкнулся с «до боли знакомой» революционной ситуацией начала 1917 года.
Правительство Михаила Горбачёва было таким же недееспособным, как правительство Николая II, в условиях, когда социально-экономические проблемы перезрели, коммунистическая идеология оказалась дискредитированной, а разного рода авантюристы во властных кабинетах стали мечтать о карьере  новых буржуа («новых русских») – «хозяев заводов, газет, пароходов». Опять – бедность населения, оторванность власти от народа, коррупция среди чиновничества. И вновь: одни не хотят, другие не могут, а третьи – безразличны к происходящему. Прежняя программа строительства коммунизма завершена, а новую предложить так и не удалось. В итоге жизнь утратила возвышенный смысл и превратилась в обычное существование. Но природа не терпит пустоты. За неимением ничего лучшего, большинство населения само нашло себе новую цель. Ею стало стремление к индивидуализму для души и достатку для тела.
К тому же,  Россия в 1991 году, как и в Феврале 1917 года, оказалась в руках людей, мало пригодных к решению задач государственного управления. Да, революция вновь осуществилась и вновь оказалась буржуазной. Общественный строй поменялся. И вопрос о власти тоже был решен, но, увы, ценой распада страны. В итоге, Февраль 1917-го и Август 1991-го – это близнецы-братья. Только Октябрь 1917-го не дал тогда Февралю разрушить страну.  А Октябрь 1993-го стал «холостым выстрелом».
Урок о большинстве и меньшинстве. Революционные процессы носят системный характер, они вызываются не частной инициативой «злых гениев» или «иностранным вмешательством», а являются совокупным результатом осознания и действий (или бездействия) большинства населения всех слоев.
Конечно, спору нет – Российскую Империю вместе с СССР разрушило активное меньшинство. Но это произошло с молчаливого согласия большинства. Именно поэтому удается «революции готовить гениям, делать романтикам, а пользоваться их плодами – негодяям» (Отто фон Бисмарк). К этому следует добавить высказывание русского писателя  Федора Достоевского о том, что «движением демоса» управляют «мечтатели, а мечтателями – всевозможные спекулянты». То есть в революционном движении существуют видимые вожди («мечтатели») и невидимые («спекулянты»), иначе – куклы и кукловоды. Эти персонажи одинаково присутствовали в качестве действующих лиц и в 1917-м, и в 1991-м годах. Но задача выявления и нейтрализации таких политических «дирижеров» в революционном оркестре даже не ставилась.
Урок перманентности (непрерывности) революции (от Февраля до  Октября  1917 года). Революция – явление глубинное и потому требует завершения. Поскольку все в мире есть реакция, Октябрьская революция стала прямой реакцией на революционную ущербность Февраля (быстрого и не очень сложного этапа революции, промчавшегося подобно «легкой кавалерии»). Не будь Февраля, не было бы и Октября, причём не в части внешней хронологической последовательности, а в соответствии с причинно-следственной связью. Большевикам удалось убедить огромные массы людей, прежде всего крестьянства как носителя традиционного народного патриотизма, что именно они являются защитниками целостности и независимости России. Тем самым, по словам Николая Бердяева, «русская коммунистическая революция» осуществила мечту крестьян о «чёрном переделе», отобрав «всю землю у дворян и частных владельцев. Как и всякая большая революция, она произвела смену социальных слоёв и классов». Причём, стартовые условия у большевиков были несоизмеримо хуже тех, которые получили либералы в Феврале. В итоге Красный Октябрь сказался, в конечном итоге, на судьбах всего мира.
Урок перехода войны в революцию («из огня да в полымя»).  Оказалось, что большие войны, время которых настало в XX веке, выигрывают не на фронтах, а в тылу. Этого царское правительство  не учло.
В 1904 году Николай II решился на войну против Японии,  после поражения в которой  в России с невиданной силой вспыхнула революция  (1905-1907). Население страны уже тогда хотело коренных перемен в жизни государства, которых так и не произошло.
Перед Первой мировой войной внутри России оставалось множество нерешённых вопросов. В условиях военного времени они только обострялись – в первую очередь, аграрный, рабочий и национальный. Вслед за ними обострился антагонизм между состоятельными классами, ориентированными на западные образцы, и народом, который стоял на исконных, традиционных ценностях. Конфликтная ситуация ждала повода. И дождалась… В ходе войны под грузом этих проблем и рухнула привычная, понятная большинству русских людей самодержавная власть.
Урок, отсроченный на 20 лет (1917 год – 1937 год): переход революции в войну и террор.  Единожды начавшись, социалистическая революция в ходе решения своих задач не считается с издержками и жертвами. Она не только «пожирает своих детей» (Жорж Дантон).  Она не завершается до тех пор, пока самые глубинные чаянья народа (и его представителей, вошедших во власть) не будут удовлетворены. Социально-психологическая причина народного гнева (и жестокости его власти) – спрессованная в течение столетий социальная ненависть. Отсюда и «русский бунт – бессмысленный и беспощадный», «где мужик с топором и с похмелья в исподнем». Отсюда – и «красный террор», и периодические «чистки», и непрерывный поиск «классовых врагов».
Социальная ненависть, являясь чувством сильнейшей вражды, обычно направлена на группу людей  или отдельного человека как представителя определённой группы: «Если офицерик, значит, – контрик. А раз контрик, то – к стенке» (Артем Веселый, «Россия, кровью умытая»).  Одним из политических институтов, возникающих на базе социальной ненависти, как раз и становится государственный террор, осуществляемый перманентно. Он – праздник народной мести! А «к нашим праздникам простым, нам ли привыкать»?
Урок радикализма. Наш народ можно достаточно долго обманывать яркими и заманчивыми лозунгами. Однако время от времени ему нужны реальные дела и достижения не только индустриальные, но и социальные. Иначе периодически возникающее ожесточение населения, подобно вулкану, будет вырываться на поверхность и разрушать все вокруг себя.    Как тут не вспомнить слова хорватского мыслителя Юрия Крижанича, указавшего еще четыреста лет назад на такую ментальную особенность русичей, как «неумение ходить срединным путем» при отсутствии политического компромисса.
Увы, за прошедшее время ничего не изменилось. Поэтому история нашей страны в прошлом столетии может быть уподоблена движению транспортного средства не по середине дорожного полотна, а от обочины к обочине, едва не опрокидываясь в кювет. Эта особенность определила отношение революционеров к России через призму понятий «цель и средство». Другими словами, или «революция для России» (освобождение народа от политического холопства и экономической эксплуатации), или «Россия для революции» («Мы на горе всем буржуям мировой пожар раздуем»)? Диапазон движения также оказался широким.
Урок кризиса управления. Принято считать, что миром управляют люди. В своих решениях они время от времени ошибаются. Но общее качество управления зависит от итогового баланса. Если он оказывается убыточным, возникает ситуация, описанная «лидером большевиков, красным диктатором» Владимиром Лениным: «верхи не могут, а низы не хотят» (один из признаков «революционной ситуации», описанной в  его работе «Крах II Интернационала»).
«Кризис верхов» является необходимым условием победоносной революции. Он особенно важен для России, так как предел терпения у основной массы людей очень высок, но не бесконечно. Власть воспринимается населением как что-то внешнее, чуждое и совершенно не зависящее от него. Оно привыкло дистанцироваться от государства и жить собственной жизнью, независимо от власти. Поэтому испокон веков к ней сформировалось известное отношение: «живая власть для черни ненавистна, она способна уважать лишь мертвых» (Александр Пушкин, «Борис Годунов»). Однако, и большевики, вслед за буржуазными правительствами, пошли по пути наименьшего сопротивления. Вместо того, чтобы создавать условия для привлечения населения к активному управлению обществом, что предусмотрено коммунистической доктриной, власть большевиков все более бюрократизировалась. Реальное народовластие в СССР закончилось уже к концу 1930-х годов, а Великая Отечественная война позволила оправдать его отсутствие, ибо вопрос стоял о физическом выживании страны.
А в послевоенное время выяснилось, что советская система закостенела точно так же, как до нее царская. И последствия «хрущёвской оттепели» оказались удивительно похожими на попытки Николая II ввести в Российской империи «народный парламент» (Государственную Думу). В итоге страна постепенно вернулась к дореволюционной схеме: «Вы –  трудитесь, Мы – руководим»! Как и дворянство в царские времена, советская партийно-хозяйственная элита стала осознавать себя правящим классом, которому народ обязан подчиняться по определению.  Сильным прессом для общества стала партийная власть. Партийные структуры фактически подменили деятельность государственных органов. Как представляется, налицо и сегодняшняя попытка придать партии «Единая Россия» статус бывшей КПСС.
Урок  отсутствия народовластия. Русская революция 1917 года дала шанс власти приблизить народ к управлению, изменить его заинтересованность в решении социальных проблем, сделать его более активным. Однако ни Временное правительство в 1917 году, ни Советская власть (1917-1991), ни власть постсоветской России (с 1991 года до наших дней) проблему «кухарки» и чернорабочего и их способности управлять государством не решила. Нынешняя государственная власть пытается активизировать политическую активность населения России, но делает это без привлечения самого  общества к управлению и даже к местному самоуправлению. Оторванность государственной власти от народа сохраняется сейчас в таком же виде, как это было в прежние десятилетия.  Характерным примером такого решения данного вопроса может служить ФЗ № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации». Указанный документ фактически стал могильщиком «муниципальной власти» в сегодняшней России. Увы, «развитие» местного самоуправления в России 90-х годов прошлого века – 10-х годов нынешнего столетия полностью повторило историю его формирования во второй половине XIX столетия.
Одновременно в современной России эффективность власти обеспечивается только посредством «ручного управления». Почему?  Да потому что существующая система власти не работает в полной мере и Президент Российской Федерации, выступая гарантом реализации социальных и политических, экономических и финансовых задач, вынужден подменять ее собой. Такое положение может быть еще допустимо, например, в Беларуси, но не в России с ее необъятной территорией.  Видимым элементом «ручного управления» являются ежегодные встречи Президента с журналистами и телемосты с населением страны. В ходе этих встреч ставящиеся от имени народа вопросы (накапливающиеся годами) решаются в короткое время. Если оставлять ручное управления, то «ежегодные встречи Президента» должны стать ежемесячными (и даже еженедельными). Стоит добавить, что данный вид управления доминирует на всех уровнях системы государственной власти.
Власть, представляя собой часть российского общества, обладает теми же чертами ментальности, что и население в целом. В частности, она стремится достичь цель, как можно скорее. Поэтому на протяжении последних десятилетий ею по-прежнему отвергается предшествующий опыт развития, создаются новые управленческие конструкции, которые вскоре отвергаются. Затем все повторяется. При этом бытует убежденность, что быстрый переход от одних идей к другим и есть решение проблем. В итоге опыт не наследуется, кадры не ценятся, развитие не происходит.  Хотя только признав правоту народа, поддержав живущее в нём вечное стремление к справедливости, можно не только уберечь страну от потрясений, но и двигаться вперёд.
Урок значения личности в истории. В начале XIX столетия, предостерегая Россию, французский  консерватор Жозеф де Местр пророчески написал, что по-настоящему серьезные дела начнутся в нашей стране, когда в ней появится Пугачев с университетским дипломом. И он, как известно, появился.
Русское внутреннее (потаенное) стремление к свободе, определяемое непонятным для европейцев термином «воля», к началу  XX века нашло свою материализацию в фанатичном, захваченном одной идеей человеке, взявшим себе партийный псевдоним Ленин. Плоть от плоти второй половины XIX века, Владимир Ульянов стал человеком, который полностью переделал Россию. Да так, что вернуться к ней (прежней) невозможно, хочется это кому-то или нет. Сосредоточенность на достижении цели – почти фантастическая, как сказал кто-то из его противников, он думает о Революции 24 часа в сутки, поэтому с ним ничего сделать нельзя!
На одном западном форуме кто-то сказал, что Ленина нужно отобрать у русских, поскольку они присвоили его себе не по праву, ничего в нем не поняли и, по русскому обыкновению, только наломали дров. Это неверно, но симптоматично. Он, как «призрак коммунизма», будет уходить от одних, чтобы появляться у других, но никуда и никогда не исчезнет. Ибо идея социального равенства будет существовать столько, сколько будут жить люди на планете Земля.  Так что отобрать исторический статус  у события «7  Ноября» – «маловато будет»…

Владимир ЧЕКМЕЗОВ,
член Союза журналистов России

Источник: Флот XXI век

comments powered by HyperComments
Запись опубликована в рубрике Авторские колонки. Добавьте в закладки постоянную ссылку.