Заложники особого статуса. Часть 5-я: дилетантизм, эмоциональный фон и появившиеся «обстоятельства»

В здании суда старый адвокат делится опытом с молодым: «Из тридцати лет своей практики половину я провёл в  судах». Мимо проходящий коллега из «бывалых» встревает в разговор: «Врёт: три четверти времени он просидел в коридоре».

НАВЕРНОЕ, ПО ДОСТОИНСТВУ этот  «профессиональный» анекдот могут оценить только юристы, хотя, пожалуй, свою оценку может дать любой гражданин, сталкивавшийся с судопроизводством хотя бы в качестве простого участника открытого судебного заседания. Действительно, много времени занимает время хождений, писанины и ожидания чего-то, подтверждая истину известной пословицы: «Ничего нет хуже, чем ждать и догонять»… Попытка поучаствовать в заседании суда, рассматривающего апелляцию по «Делу Новогрибельского», на мой взгляд, это подтверждает – «Дело» затянулось, как сериал…

Пожалуй, стоит напомнить, что же это за «Дело».

Как неоднократно сообщалось в различных СМИ, в том числе федеральных, 1 ноября 2016 года Севастопольским гарнизонным военным судом был вынесен суровый приговор начальнику самого успешного в Севастополе, ведущего судоремонтного предприятия в Причерноморском регионе – ФГУП «13 СРЗ ЧФ» МО РФ в 2011-2015 гг., ныне капитану 1 ранга запаса Сергею Анатольевичу Новогрибельскому. Окончательное наказание назначено «по совокупности совершенных преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний в виде лишения свободы на срок 3 года 8 месяцев в исправительной колонии общего режима с лишением права занимать должности, связанные с выполнением административно-хозяйственной функции в государственных органах, учреждениях, а также Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях сроком на 2 года и 3 месяца». Кроме того, суд постановил взыскать с С.А. Новогрибельского в пользу Министерства обороны России «сумму нанесенного ущерба в размере 29 миллионов 656 тысяч рублей». До вступления приговора в силу подсудимый содержится под стражей в СИЗО г. Симферополя.

Для читателя, не знакомого с сутью дела, поясним.

В мае 2013 г. (то есть, как в Севастополе говорят, «ещё при Украине»)   ФГУП «13 СРЗ ЧФ» МО РФ была поставлена задача к 1 октября (за 4 месяца) отремонтировать 21 корабль и судно Черноморского флота для обеспечения безопасности Олимпийских игр в Сочи. При этом финансирование стало поступать только… в конце августа. Тем не менее, задача заводом была решена за счет использования собственных ресурсов, в т.ч. на основе энтузиазма коллектива и понимания уровня возложенной ответственности. Все корабли и суда были введены в строй, решили задачи в районе Сочи в полном объёме, а затем обеспечили переброску «вежливых людей» в Крым в феврале-марте 2014 г. Подавляющее большинство  боевых и вспомогательных единиц и сегодня, спустя три – три с половиной года после ремонта,  продолжают решать боевые и повседневные задачи, в т.ч. в Средиземном море.

Тем не менее, ещё летом 2014 г., «уже при России» – после возвращения Крыма и Севастополя в «родную гавань» – капитану 1 ранга С.А. Новогрибельскому со стороны органов военной прокуратуры был предъявлен ряд претензий, вылившихся в уголовное дело. При этом Заказчик – Министерство обороны (ВМФ) никаких претензий не предъявляло (до сих пор их нет), все работы были оценены и приняты установленным порядком и утверждены соответствующими инстанциями. Это, что особо подчеркнём,  также отметил выступивший в суде свидетелем командующий Черноморским флотом адмирал А.В. Витко.

Начальник завода на период следствия был отстранён от должности, а затем уволен в запас. По сути дела он был обвинён в одном: в установке на трёх плавединицах бывших в употреблении дизелей и частей к ним, хотя по условиям госконтракта они должны быть новыми. Однако на тот момент новых дизелей и запчастей ни на флоте, ни в стране не было, производство новых занимает около года. Это суд признал, вместе с тем обвинив Новогрибельского в том, что он (в одиночку), «действуя умышленно, из ложно понятых интересов службы» (получил приказ, который нужно выполнять), якобы чтобы «создать видимость благополучия на 13 СРЗ» (решение задачи при любых условиях), всё-таки… решил задачу государственной важности.  И это, несмотря на то, что, как однозначно  заключил суд, закупить «на заводах-изготовителях новых двигателей, отсеков двигателя и запасных частей невозможно».

Парадокс, который следует отметить особо: установленное оборудование эксплуатировалось и находится на кораблях до сих пор, несмотря на уже принятое решение судом. Правда, за исключением морского тральщика «Вице-адмирал Жуков», который планово выведен из состава флота и подлежит списанию «по возрасту» и техническому состоянию. По идее, в процессе «Дела» механизмы, став «вещдоками», должны были быть демонтированы. Однако  этого сделано не было, и они продолжали работать, хотя попали в категорию «нанесённого ущерба».  В то же время их стоимость… «сложили» в этот самый «нанесённый ущерб».  Как такое можно понять рядовому гражданину-зрителю-обывателю?

ЭТИ И ДРУГИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА привели к тому, что «Дело Новогрибельского» стало самым резонансным со времени «возвращения города в родную гавань» – в Россию. И это понятно, ведь  приговор затрагивал Черноморский флот и моряков, 23 года отстаивавших «Петрово детище» и «наследие Великой Екатерины», сохранив верность присяге, оставшись в своих исторических базах, развернув Третью оборону Севастополя. Немаловажно и то, что приговор был первым  в ставшем три года назад российским Севастополе по степени жёсткости и публичности – широкое  освещение приговора с привлечением по инициативе самого военного суда гражданских средств массовой информации (телевидение, печатные СМИ) вызвало крайне негативную реакцию, особенно среди военнослужащих. Особенно с учётом пристального внимания к происходящему в Севастополе и на Черноморском флоте со стороны Украины. Это обстоятельство, что понимают люди здравомыслящие, не способствует укреплению позиций страны в регионе, недавно ставшем российским.

Необходимо также особо подчеркнуть: фактически судом была разрешена коллизия в пользу невыполнения приказа, так как, по его мнению, Новогрибельский должен был прекратить ремонт кораблей по причине  отсутствия новых механизмов и запчастей. На деле военный(!) суд, как в Ельцинские времена, поставил под сомнение вопрос о целесообразности выполнения приказов(!). Что это значит, надеюсь, понятно любому служивому человеку.

Кроме того, как приговор, так и рождение самого «Дела», вызвали серьёзную реакцию как у профессионалов судоремонта, так и у немалого числа военных моряков, знающих осуждённого капитана 1 ранга лично. Не теряющие актуальности вопросы: «Как? За что? Почему?» волнуют людей до сих пор. Потому заводчане, стремясь добиться справедливости не только в отношении к своему командиру, но и к результатам, оценке своего «олимпийского» труда, обратились по «Делу Новогрибельского» к Президенту страны – Верховному Главнокомандующему и Министру обороны.

Разумеется, установленным порядком по «Делу» была подана апелляция. Её рассмотрение в Северо-Кавказском окружном военном суде было назначено на 9 февраля с.г. Соответственно, в этот день в Ростов-на-Дону приехали адвокаты и общественный защитник. Однако заседание по факту закончилось, по сути не успев начаться, – в суд не были представлены важные документы, о чём просила сторона защиты. Заседание было перенесено на 2 марта. Увы, но и в этот день приезд в Ростов оказался «учебным» – по процедуре должна быть организована видеоконференция с СИЗО. Но она не состоялась по технической причине – сначала в Симферополе техника вышла из строя, затем не было свободного канала связи. В итоге – очередной перенос заседания.

Сегодня, 10 марта,  апелляционное заседание должно состояться, а  видеоконференция должно пройти с участием С.А. Новогрибельского уже не в СИЗО, а в Крымском военном суде. С тем, чтобы в этот раз связь была надёжной, и, наконец, заседание суда состоялось в необходимом формате.

ЧТО ГРЕХА ТАИТЬ: очень многие люди надеются на, скажем так, некий позитив в «Деле» экс-начальника 13-го СРЗ. Уважаемого человека,  «закрытого»  уже в течение почти четырёх с половиной месяцев  в Симферопольском СИЗО, где пребывание, по оценке Уполномоченной по правам человека в РФ Татьяны Москальковой не соответствует никаким цивилизованным нормам и вредит здоровью там находящихся не всегда по факту виновных «фигурантов». (Кстати, как сообщалось в СМИ, СИЗО не подлежит реконструкции и ремонту – его будут сносить). Их надежда основана на собственном понимании Правды, Справедливости и Здравого Смысла, к которым русский человек особенно требователен, прекрасно понимая: законы придумывают люди. Они же и их применяют, при этом зачастую трактуя их, мягко говоря, по-своему. Это законы природы и мироздания – типа восхода-захода солнца – объективны, а применяемые в социуме, увы, никогда не лишены присутствия субъективной стороны. В соответствии с уровнем развития общества, его моральных устоев и существующих «правил игры».

Возможно, кто-то скажет: «Это – дилетантские рассуждения, ведь Закон есть Закон». Безусловно, это так. Но есть и правоприменительная практика, трактовка тех или иных положений законодательства, есть и появление индивидуальных качеств и способностей адвокатами и судьями. Впрочем, как следователями и прокурорами. В общем, в любом «Деле», как в фокусе, сходится множество факторов. Но результат получается один. Тот, который даёт основания в полный голос говорить о Правде, Справедливости и Здравом Смысле. К примеру, в отношении не просто громких дел, а суперрезонансных.  Таких, как, например, «Дело Сердюкова – Васильевой и Ко».

Конечно, сравнивать его с «Делом Новогрибельского» нет смысла. Но на самом деле смысл как раз и заключается в их рассмотрении «дилетантами» в юриспруденции (коими является подавляющее большинство наших сограждан) под ракурсом степени Правды, Справедливости и Здравого Смысла. Чтобы  убедиться в важности и даже необходимости этого, почитайте в мартовском номере «Совершенно секретно» материал «Чем закончился Сердюковгейт». Его подзаголовок – «Ровно 5 лет назад началась коррупционная мыльная опера «Министр обороны и его любовница». И вот спектакль правосудия закончился. Все свободны». Почитаете – и многое поймёте…

В РОССИИ МОЖЕТ БЫТЬ ВСЁ. Это повторяемое многократно утверждение сегодня особенно популярно, ибо для своей актуальности в наше время обрело множество оснований. При этом особое значение имеет как общий фон происходящих событий, так и конкретные обстоятельства. В том числе вновь открывающиеся. При этом, как представляется, многие из них носят не только знаковый характер, но и весьма символичны. Естественно, присутствуют они и в отношении «Дела Новогрибельского». Примеры? Пожалуйста.

Можно, безусловно, считать случайным совпадением, но аккурат – день в день(!) – 1 ноября 2016 года, в день вынесения приговора Новогрибельскому, в «Комсомольской правде» появляется целая полоса (кстати, 2-я, ведущая по значению содержания) под названием: «Путин заступился за бизнес. За уголовные дела против невиновных силовики и чиновники могут сесть в тюрьму на 10 лет». Как профессионал-медийщик, отмечу: «такие» публикации в «таких» газетах просто так не появляются. Дальше – больше: эта тема получила особое развитие, в том числе по количеству и времени, в репликах и ответах Президента на вопросы на традиционной ежегодной пресс-конференции, прошедшей 23 декабря прошлого года. Как следствие, последовавшие за этим решения. С информационным массивом по этому поводу может без особого труда познакомиться каждый заинтересованный читатель. Отсюда – мотивы, целеполагания, позиция, действия сторон, так или иначе причастных к «Делу». Они очевидны, буквально лежат на поверхности, хотя Новогрибельский и не бизнесмен, а «красный директор».

И ещё об одном. В ходе «Дела Новогрибельского» произошли события и открылись обстоятельства, напрямую связанные с его существом, наличием комплекса проблем, следствием которых и стало произошедшее. Вот лишь самый «свежий» факт.

Буквально позавчера, заместитель Министра обороны РФ Юрий Борисов при посещении «Дальзавода» заявил, что ремонт и сервисное обслуживание надводных кораблей Тихоокеанского флота осложняются прекратившимся выпуском запасных частей к некоторым из этих кораблей. «На «Дальзаводе» надводные корабли Тихоокеанского флота проходят практически все сервисное и ремонтное обслуживание. Эти задачи решаются не без проблем, потому что для ряда кораблей запчасти уже не выпускаются», – констатировал замминистра обороны. По его словам, приходится изыскивать возможность ремонтировать такие корабли «в нестандартных условиях». И это при том, что ряд кораблей – польской постройки, в том числе большой десантный корабль «Ослябя», ремонт которого на днях завершён. «Тем не менее, – отметил Борисов, – пути выхода из этой ситуации найдены».  Подобного рода заявления и оценки вполне применимы к «Делу Новогрибельского». Тут вполне уместны и параллели, и аналогии.

К сказанному следует добавить то, что, как оказалось (копия документа стала доступна только на днях), ещё 24 января этого года состоялось совместное Решение Министра промышленности и торговли Российской Федерации и Министерства обороны Российской Федерации «О внесении дополнений в совместное решение Минпромторга России и Минобороны России от 12 мая 2015 г. о порядке применения запасных частей, комплектующих изделий, снятых с производства или ранее производимых за рубежом и не имеющих отечественных аналогов, в том числе с истекшими сроками хранения и службы, или с отсутствующими сопроводительными документами, при выполнении государственных контрактов по сервисному обслуживанию и ремонту надводных кораблей и судов Военно-Морского Флота». (Кстати, тут вспомнился ввод в строй и эксплуатация на ЧФ линкора «Новороссийск», крейсера «Керчь» и эсминцев, полученных после войны по репарациям от Италии – документов не было никаких, запчастей – тоже).

Это решение, утверждённое министрами С.Шойгу и Д.Мантуровым, образно говоря, коренным и полным образом меняет всю конфигурацию «Дела Новогрибельского». И приговор, разумеется, тоже. Ведь в тексте Решения сказано конкретно и однозначно: «Возможно применение продукции, бывшей в употреблении, после проведения ремонта и испытаний на стендах предприятий с последующим обеспечением гарантийных обязательств и межремонтных сроков службы». Что, безусловно, и было сделано капитаном 1 ранга Новогрибельским и его подчинёнными на 13-м заводе при подготовке «олимпийских» объектов.

Итак, сегодня, 10 марта,  должно состояться апелляционное заседание с  видеоконференцией с участием С.А. Новогрибельского уже не в СИЗО, а в Крымском военном суде.

 Сергей Горбачев, капитан 1 ранга запаса, Заслуженный журналист Крыма

comments powered by HyperComments
Запись опубликована в рубрике Авторские колонки, Новости. Добавьте в закладки постоянную ссылку.